Шаблоны Joomla 3 здесь: http://www.joomla3x.ru/joomla3-templates.html

Один царь решил раздвинуть границы своих владений. Дух захватывало от грандиозности затеваемого дела – предстояло покорить север и юг, завоевать восток и запад, и стать царем всего мира.

Была собрана невиданная армия и объявлен час выступления в поход.

В утро выступления царь уже принялся надевать доспехи, когда страшная боль пронзила его поясницу и, будто каленой стрелой, буравила правый пах. Боль была нестерпима. Царь кричал, бросался на стены и готов был зарезать себя.

Царя поместили в горячую ванну, поили птичьим лекарством, – двери дворца наглухо закрыли. Построенное войско переминалось с ноги на ногу и гадало о причинах остановки.

На следующий день боль отпустила царя. Врач показал причину недуга. На атласной подушке лежала песчинка, она вышла из мочеточника царя. Царь дрожащими пальцами положил её в изумрудный ларец.

Царь был напуган болью. Предчувствие повторного приступа заставляло его содрогаться, – сердце трепетало, выступал холодный пот, и царь лишался сил. Походы были отменены, воины распущены.

Царь редко покидал свой дворец. На досуге он уединялся и открывал драгоценный ларец. Он клал песчинку на ладонь и измерял её невесомость с величием планов покорения мира. Он вспоминал себя во главе своего войска восседающим на боевом слоне: что по сравнению с этой песчинкой поступь его слона, одна нога которого вдавливала миллионы таких песчинок глубоко в землю? Царь вздыхал и не мог уразуметь: как эта песчинка могла пересилить его могущество, его способности изменять лик земли – ведь всего один камень из несчетного их числа, недавно заложенного им в приграничную крепость, весит больше миллиарда таких песчинок!

Глаза царя становились неподвижны, тело замирало, и слуги, когда входили к нему, принимали его за каменное изваяние. Но дух же царя был свободен, был беспределен – он витал во вселенной. И царь видел то, что не увидишь, творил то, что не сотворишь.

Вот царь седлал ветер и легким облаком летал над землёю, – он преодолевал страны и континенты, одним дуновение подчинял себе народы. Он темной тучей нависал над непокорными крепостями, метал молнии, громом призывал свое войско и рушил стены, – в сияние славы он всходил на престолы полоненных царей и держал в объятиях своей власти земли всего человечества. Потом царь покидал берега земные и мчался ураганом над волнами океана, он нырял в глубины и плавал там, как владыка морской; то он взлетал в выси небесные и исчезал в туманах млечного пути, – то дух его возвращался назад, он погружался в себя, и озарял душу. И многое для царя тайное делалось явным.

"Как это странно и удивительно, – говорил он себе, – сидеть на одном месте не шевелить даже пальцем, а только силой воображения своего, быть властелином народа, обладателем всех сокровищ мира, быть богоподобным и устремляться к звездам и в тот же миг слабейшим из существ, ничтожнее, чем это песчинка на ладони: дунул и нет ее, сгинул и я".